Угрызаемый хвост

У здания МУУРа стоял хвост.

- Охо-хо-хонюшки! Стоишь, стоишь...

- И тут хвост.

- Что поделаешь? Вы, позвольте узнать, бухгалтер будете?

- Нет-с, я кассир.

- Арестовываться пришли?

- Да как же!

- Дело доброе! А на сколько, позвольте узнать, вы изволили засыпаться?

- На 300 червончиков.

- Пустое дело, молодой человек. Один год. Но принимая во внимание чистосердечное раскаяние, и, кроме того, Октябрь не за горами. Так что в общей сложности просидите три месяца и вернетесь под сень струй.

- Неужели? Вы меня прямо успокаиваете. А то я в отчаяние впал. Пошел вчера советоваться к защитнику, - уж он пугал меня, пугал, статья, говорит, такая, что меньше чем двумя годами со строгой не отделаетесь.

- Брешут-с они, молодой человек. Поверьте опытности. Позвольте, куда же вы? В очередь?

- Граждане, пропустите. Я казенные деньги пристроил! Жжет меня совесть...

- Тут каждого, батюшка, жжет, не один вы.

- Я, - бубнил бас, - казенную лавку Моссельпрома пропил.

- Хват ты. Будешь теперь знать, закопают тебя, раба божия.

- Ничего подобного. А если я темный? А неразвитой? А наследственные социальные условия? А? А первая судимость? А алкоголик?

- Да какого ж черта тебе, алкоголику, вино препоручили?

- Я и сам говорил...

- Вам что?

- Я, гражданин милицмейстер, терзаемый угрызениями совести...

- Позвольте, что ж вы пхаетесь, я тоже терзаемый...

- Виноват, я с десяти утра жду арестоваться.

- Говорите коротко, фамилию, учреждение и сколько.

- Фиолетов я, Миша. Терзаемый угрызениями...

- Сколько?

- В Махретресте - двести червяков.

- Сидорчук, прими гражданина Фиолетова.

- Зубную щеточку позвольте с собой взять.

- Можете. Вы сколько?

- Семь человек.

- Семья?

- Так точно.

- А сколько ж вы взяли?

- Деньгами двести, салоп, часы, подсвечники.

- Не пойму я, учрежденский салоп?

- Зачем. Мы учреждениями не занимаемся. Частное семейство - Штипельмана.

- Вы Штипельман?

- Да никак нет.

- Так при чем тут Штипельман?

- При том, что зарезали мы его. Я докладываю: семь человек - жена, пятеро детишек и бабушка.

- Сидорчук, Махрушин, примите меры пресечения!

- Позвольте, почему ему преимущества?

- Граждане, будьте сознательные, убийца он.

- Мало ли что убийца. Важное кушанье! Я, может, учреждение подорвал.

- Безобразие. Бюрократизм. Мы жаловаться будем.